Сегодня 5 февраля, воскресенье
Санкт-Петербург −5°C

РГГМУ В ГОДЫ ВОЙНЫ


Настало 16 октября — день знаменитой московской паники, когда значительная часть населения столицы, кто пешком, кто на подводах или в редких автомобилях, кто в эшелонах, взяты штурмом, устремилась на восток, подальше от неминуемого, как казалось, взятия Москвы немцами. Именно в эти дни (скорее всего, 22 октября) пехотный полк, составленный из студентов и преподавателей Гидромета, погрузили в два воинских эшелона. К одному из них была прицеплена платформа с установленными на ней двумя зенитными пулеметами. Все становилось ясным — надо закрывать собою столицу…Но каково же было удивление несостоявшихся защитников Москвы, когда поутру они обнаружили свой эшелон стоявшим на подъездных путях к городу Горькому! Нижний Новгород, Волга, Ока — куда же нас везут? Прояснилось это только через 30 дней: проехали заволжские степи, восток Казахстана, блеснула водная гладь Арала, заметили верблюдов на песчаных барханах, миновали Ташкент, и, наконец, эшелон 22 ноября 1941 г. остановился в городе Ленинабаде Таджикской ССР (теперь — Худжант). Это и был конец пути.



Кому принадлежит решение в самые критические дни войны отправить Институт в Среднюю Азию и тем самым сохранить кадры отечественной гидрометеорологии, сейчас установить трудно, но это — одно из самых судьбоносных решений в истории нашего Университета. Ведь трагедия полков народного ополчения под Москвой известна - состоящие из рабочих и служащих комбинатов и заводов, студентов и интеллигенции, все они большей частью погибли либо были взяты в плен. Этой огромной жертвой враг был приостановлен, но окончательно спасти Москву ополчению было не суждено — это сделали сибирские стрелковые полки, которые затем и пошли в контрнаступление, сорвав гитлеровскую операцию «Тайфун» по захвату Москвы и отбросив немцев от столицы на 400–450 км.
Есть свидетельство о том, что решение об эвакуации ВВГМИ КА было не спонтанным, а запланированным заранее. По воспоминаниям академика В.А. Бугаева, директора Гидрометцентра СССР в 1959–1973 гг., а в то время молодого, но уже известного преподавателя фронтологической синоптики, его вызвали повесткой в Москву именно для того, чтобы включить в состав ВВГМИ КА. Во всяком случае, сразу же по прибытии в Москву в середине октября, когда Институт еще ничего не знал о своей судьбе, Бугаев получил предписание отбыть из Москвы в эшелоне ВВГМИ КА. Ясно, что вызвали его из Ташкента не для отправки на фронт. Ленинабад встретил институт гостеприимно, как только мог, предоставив для учебы достаточно большое здание местного Педагогического института, а для проживания студентов и персонала — Дом культуры, общежитие и корпуса Текстильного комбината. По воспоминаниям В.Д. Степаненко, двухэтажные трехместные нары в Доме культуры слушатели строили сами.
Воспоминаний о ленинабадском периоде военной жизни института очень мало осталось, но сохранилась одна поэма «Ленинабадские амазонки», принадлежащая перу Василия Изюмова, который вместе со своей женой учился тогда в ВВГМИ КА (передана автору старейшим Старый Худжант (Ленинабад) Современный Худжант (Ленинабад) профессором РГГМУ В.И. Воробьевым).
Учебный процесс быстро наладился, поскольку почти все преподаватели прибыли в Ленинабад с готовыми материалами для чтения лекций и проведения лабораторных работ. Заранее был утвержден учебный план. План этот был, конечно, подкорректирован под условия военного времени, в частности было создано отделение младших метеорологов (в современном понимании — техников). Кстати, это отделение закончил будущий академик А.С. Монин, мировая величина в области динамики океана и атмосферы.
Вообще азиатский период жизни нашего Университета был не просто временем интенсивной подготовки военных гидрометеорологов, но и целой эпохой совершенствования учебных дисциплин ведущими учеными страны и выпуска потом на этой основе фундаментальных учебников, определивших лицо нашей гидрометеорологии на многие и многие годы. Например, синоптическую метеорологию преподавал лидер фронтологического анализа С.П. Хромов. Результат—учебник «Основы синоптической метеорологии» (1948). Синоптику свободной атмосферы, метод барической топографии читал В.А. Бугаев. Результат — практические руководства «Метод барической топографии» и «Техника синоптического анализа и прогноза» (обе 1947). Динамическую метеорологию вел В.А. Белинский. Результат — учебник «Динамическая метеорология» (1948). Слушатели всегда с благодарностью и доброжелательным юмором вспоминали своих преподавателей военной поры:

Курс предсказания погоды,
То есть синоптики большой,
Нам прочитал, достойный оды,
Профессор с русскою душой,
Знаток небесных окоемов —
Наш мировой профессор Хромов.
В рядах вооруженных сил
Он чин майора получил.
Для предсказателя погодки
Страна не сшила сапога.
И по утрам его нога
Нередко с помощью обмотки
К скамье прикручена была.
Но мы ценили в нем орла.
………………………………….
Как во Вселенной нет предела,
Так нет в науках тупика.
Ветродинамикой Максвелла
Белинский брал нас за бока.
На топографии высотной
Отряды метеопехоты
Вслед за Бугаевым неслись
В недосягаемую высь.
………………………………..
«Бугер» — Аверкиев читал нам
Курс общих метеооснов.
По доброте он не мешал нам
Витать в долине мирных снов.



Новость от 26 апреля 2022
Сертификат качества RSHU signatory of The Magna
Charta Universitatum Университет РГГМУ Адрес: Санкт-Петербург, Воронежская улица, 79
Посмотреть на карте  
МИНИСТЕРСТВО НАУКИ И ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Яндекс цитирования
© 1997—2023 Российский государственный гидрометеорологический университет
Сайт разработан в СЦНИТ «ИнфоГидромет» (v 4.8)